среда, 1 октября 2014 г.

1-я Книга Федора. Файл 5-А. "Бессмертные" саботажники


    Ф. Дергачев

    Эпоха перемен: советы постороннего

    Пока до блистательного будущего далеко, внимательно отслеживаю ситуацию вокруг современной науки. И некоторыми соображениями хочу поделиться.

    Аудит научных проектов

    Во-первых, речь пойдет об аудите дорогостоящих научных проектов и программ. В развитых странах, где есть экспертное сообщество - выделяют средства согласно его выводам.
    В отсутствие же такого сообщества возникает проблема, актуальность которой подтверждает статья Дмитрия Харитоновича Квона – доктора физико-математических наук, профессора Новосибирского государственного университета:

    «Безусловным хозяином любого института является его директор. Любое решение, с которым он не согласен, не может быть воплощено в жизнь. И любое, даже вздорное, решение директора должно быть обязательно реализовано. Иначе какой же ты хозяин?
    Жизнь директора отнюдь не сахар. Вести на его месте какую-либо научно-исследовательскую работу невозможно, так как у него две основные задачи: первая – привлечь как можно большее число финансовых потоков в свое хозяйство и вторая, связанная с первой и самая важная, – не затеряться среди других обитателей академического олимпа, а наоборот, приобрести среди них как можно большее влияние. То есть всеобщим эквивалентом в жизни академической элиты Академгородка, как, впрочем, любой другой, столичной или региональной, культурной или экономической, является количество имеющихся властных полномочий. 
   То есть чем их у тебя больше, тем больше у тебя денег, а значит, потребительских благ. И в этом заключается основное постмодернистское содержание России, когда научно-техническая революция сделала человека рабом электронного комфорта и наглядно продемонстрировала, чего стоит духовность советского человека.
    Лаборатория – это как раз место, где и работают научные сотрудники, производящие основной научный продукт – статьи, монографии, патенты, технологические разработки и т.д. И основная задача заведующего лабораторией – продать его как можно дороже. А для этого пишутся многочисленные гранты, проекты, заявки… И нет никакой корреляции между качеством научного продукта и количеством денег на его производство, потому что оно (количество денег) зависит не от научных достижений, а от академического веса завлаба и в не меньшей степени от умения обивать пороги кабинетов многочисленных российских ведомств. Это, впрочем, одно и то же, так как чем больше академический вес, тем эффективнее обиваются пороги и чем эффективнее обиваются пороги, тем больше академический вес.
    И тут надо заметить, что отсутствие прозрачной и простой научной экспертизы, делающее российскую науку заложницей академических троекуровых и министерских шабашкиных, – это плод не только выдающейся российской бюрократии. Причина этого много глубже – она в сердцах и сибирских, и всех российских ученых. Ни один из них, даже самый жалкий неудачник, не говоря уж о тех, кто облечен научными регалиями, никогда не смирится с результатом любого открытого научного конкурса. Он, как настоящий герой Достоевского, будет твердить, «что право имею», и со всей страстью будет бороться, чаще всего аппаратными методами, с допущенной несправедливостью». («Дитя позднего советского модерна. Академгородок как зеркало постсоветской науки». НГ-наука, 26.06.2013).    

    Итак, если экспертного сообщества нет, то, в связи со сложной для проверяющих органов спецификой, при аудите, осуществляемом государственными органами, приходится подключать для проведения экспертизы ученых из того же самого круга, к которому принадлежат авторы проверяемых проектов. Что же такое «клан», кумовство и «круговая порука», общеизвестно.
    Вспоминаю эпизод, который я вычитал из публикации об американской космической программе 1960-х годов. Тогда член палаты представителей Конгресса США, участвующей в проверке расходных смет на космическую технику, стал возмущаться на непомерно завышенную стоимость комплектующих. Тогда представитель Министерства обороны спокойно ответил конгрессмену: нечего удивляться, комплектующие изготовлены по военным заказам. И дискуссия сразу сошла на нет...
    Сейчас в США частично решается проблема завышения смет привлечением в космические разработки частного бизнеса, которому доверяют «под ключ» даже пилотируемые полеты. Но особо сложные и дорогостоящие программы частники пока просто «не потянут».
    Предлагаю для аудита научных программ привлекать в качестве экспертов не «успешных» (по мнению официальной науки) ученых, а «маргиналов» - тех, кого упомянутые «успешные» выдавили на обочину научной жизни, обрушив на их головы всю мощь своих клановых связейСреди них (и этого никто не отрицает) - немало высококлассных специалистов
    Вот эти-то «маргиналы», задушенные, лишенные грантов, лабораторий, недополучившие званий и премий, и явятся неоценимыми помощниками в проверке деятельности своих коллег - «успешных», но не брезгующих псевдонаучными манипуляциями для завышения смет расходов. Причем то, что это делается за счет налогоплательщиков – лишь половина проблемы. Главная беда – в том, что направления исследований не выбираются по объективным критериям, а подгоняются по указаниям лощеных теоретиков. А распоясавшиеся горе-теоретики загоняют науку в тупик, из которого пытаются выбраться, «высасывая из пальца» такие перлы, как «темная материя» и «теория инфляции» («раздувание» вселенной после Большого взрыва).   
    Совершенно не призываю заменить «успешных» на «маргиналов» (хотя определенный взаимообмен позициями в случае применения такой системы произойдет). Очень часто у «маргиналов» есть немало своих «заморочек» и комплексов.
    Но после нескольких публичных процессов, когда маститые «светила науки» будут лишены регалий и отданы под суд в результате независимой экспертизы, уверяю, финансовая дисциплина резко повысится. Что касается дисциплины научной – с этим будет сложнее.
    Иногда мне кажется, что астрономия выведена из школьной программе в России специально для того, чтобы всё меньшее число чиновников и экспертов разбирались в том, какие модели мироздания верны, а какие – «притянуты за уши».
    О том, к каким отнюдь не безобидным последствиям это приводит, свидетельствует Александр Грек:

    «Несколько месяцев назад меня приглашали в качестве эксперта на телевидение, где обсуждался проект выделения гигантской суммы – более 50 млрд. рублей – на противометеоритную защиту России. Аргументация чиновников, лоббирующих проект, была чудовищна. Мои доводы: за всю историю человечества не зафиксировано ни одного случая гибели людей от метеоритов, не подействовали. А как же динозавры, говорили мне, которые предположительно вымерли от падения 10-километрового астероида? Попытка объяснить, что сейчас такие астероиды в нашей Солнечной системе не летают, а период, когда они активно бомбардировали Землю, закончился несколько миллиардов лет назад, привела к интересному наблюдению: представления оппонентов о Солнечной системе соответствовали уровню церковно-приходской школы. Да и как могло быть иначе: как-то незаметно астрономия исчезла из школьной программы…» (А. Грек. Колонка главного редактора «National Geographic Россия». Июль 2013).  

    Будь моя воля, астрономия стала бы во всех странах мира обязательной для изучения как в выпускном классе средних школ, так и в двух классах, предшествовавших ему, а также во всех технических вузах  А для чиновников уровня выше муниципального – обязательным факультативом, несдача которого приводила бы к немедленному увольнению с занимаемой должности.   
    Впрочем, после «времени Ч» так и будет – вне зависимости от моей рекомендации. Жаль, что не раньше – иначе не было бы и самого «времени Ч».
    И с этим связана вторая тема, которая привлекла мое внимание.

    Григорий Перельман разоблачает

    В основанном на реальных событиях фильме «Сорок второй» (2013 год) рассказывается о том, как Джеки Робинсон в 1947 году  стал первым афроамериканским игроком, который пробился в элитную лигу американского бейсбола. Причем такой же центральной фигурой фильма является бейсбольный организатор  Брэнч Рики (Branch Rickey), которого блистательно сыграл гениальный Харрисон Форд.


    Говоря о реальном Брэнче Рики, надо отметить, что он также введен в Зал славы бейсбола, хотя был «только» организатором. Но в исполнении Харрисона Форда роль Рики стала культовой. Какая колоссальная энергия потребовалась, чтобы буквально «порвать» не просто недоброжелателей, а настоящих врагов, которые не хотели допустить афроамериканца в элитную лигу. С возрастом игра Харрисона Форда нисколько не потускнела, а наполнилась новыми красками. Если бы тридцать лет назад мне сказали, что в 2014 году буду восхищен новой ролью актера, я бы не поверил.
    Перехожу к основной теме. В большой науке есть много честных рядовых ученых, но вот ее руководство прогнило по корню.
    Предлагаю обратить внимание на факт отказа математика Григория Перельмана от премии в миллион долларов, присужденной ему за доказательство гипотезы Пуанкаре.


    В статьях и фильмах приводится обоснование отказа математика – несогласие с научным сообществом. «Мне не нравятся их решения, я считаю их несправедливыми» - заявил Григорий Перельман 1 июля 2010 года. Во всех комментариях анализируются «странности» российского математика, но никто не попытался заглянуть в гниющее болото, называемым научным сообществом, от сотрудничества с которым он отказался. Так кто же сделал науку такой неаппетитной в течение более двухсот лет? Отвечу: её руководство.
    Руководители научных учреждений сейчас «устроились» просто великолепно. Одни группы ученых составляют заявки на гранты, другие – распределяют объемы работ и направление финансовых потоков, а третьи осуществляют экспертизу полученных результатов. Излишне говорить, что все три категории тесно связаны в одно «научное сообщество», ограниченное и достаточно закрытое.
    Причем верхушку этого сообщества очень легко обнаружить. В каждой стране мира  эта шайка сосредоточилась в национальной Академии наук. А загипнотизированные дутыми авторитетами национальные правительства предоставили им исключительные права как на определение направления развития науки, так и на проведение самих исследований, и на экспертизу результатов.

    Неизбрание Д. Менделеева академиком

    «Академик П. Саркисов посетовал: несмотря на то, что Д. Менделеев за свои заслуги был избран почетным доктором многих зарубежных университетов, являлся академиком ряда иностранных академий наук, он так и не стал академиком Российской академии наук. В этой связи П. Саркисов привел слова Сергея Витте, который более века назад сказал: "Это стыд Российской академии наук – неизбрание Д. Менделеева академиком"». («Наука и жизнь» 13 февраля 2009 года, «Академия наук признала свою вину перед Д.И. Менделеевым»). 

Дмитрий Иванович Менделеев
    «…При голосовании по кандидатуре Менделеева коллегии из 18 членов Академии, половина положила 10 черных шаров. «Президент академии граф Литке почтил труды и заслуги Менделеева двумя черными шарами, - рассказывает Ф. Булгаков на страницах «Исторического вестника» (1881 год). – остальные восемь ученых, положивших черные шары, это – непременный секретарь К. Веселовский, академики Вильд, Гадолин, Гельмерсен, Максимович, Шмидт, Шренк и Штраух».
Такое решение вызвало резкий протест как в обществе, так и в научной среде того времени. С публичным заявлением выступили профессора Московского университета, в котором в частности говорилось: «Для людей, следивших за действиями учреждения, которое по своему уставу должно быть «первенствующим ученым сословием» России, такое известие не было вполне неожиданным. История многих академических выборов показала, что в среде этого учреждения голос людей науки подавляется противодействием темных сил, которые ревниво затворяют двери академии перед русскими талантами».
    Были и другие публичные обращения, подписанные многими преподавателями университетов и учеными Российской империи.
    Хотя академиком Менделеев так и не стал…

    Такая вот история о том, что происходит, когда государственное учреждение особого значения (а такую роль закладывал для Академии еще Петр) становится объектом кормления для небольшой, но спаянной группы…» («Георгий Батухтин: Как Менделеева в Академию наук не приняли». 29 апреля 2013)

    Д.И. Менделеев и Петербургская академия наук
           
    Д.Н. Трифонов

    «Научная деятельность Д.И. Менделеева  была сравнительно мало связана с Петербургской  академией  наук . Правда, среди академиков у него были если и не близкие друзья, то, во всяком случае, люди, с которыми он находился в хороших личных и деловых отношениях. Достаточно, например, упомянуть Ю.Ф.Фрицше, Э.Х.Ленца, Н.Н.Зинина, Н.И.Кокшарова, А.М.Бутлерова, А.С.Фаминцына. Сферой интересов крупнейших отечественных химиков-академиков была органическая химия.  Менделеев  же, хотя и получил в 1861 г. Демидовскую премию (учрежденную  Академией   наук ) за оригинальный учебник «Органическая химия» (первый на русском языке), никогда впоследствии сколь-либо серьезно не занимался проблемами этого раздела химической науки, наиболее процветавшего в России второй половины ХIХ в. Его научные устремления относились к другим областям. Это не могло не отразиться на оценке работ  Менделеева  многими его коллегами, которая не всегда оказывалась справедливой.
    Тем не менее выдающиеся достижения ученого в 1860-х – начале 1870-х гг. (в первую очередь разработка учения о периодичности) выдвинули его в ряд крупнейших российских естествоиспытателей и принесли мировую известность. Его заслуги, очевидно, требовали соответствующего признания различными научными и техническими сообществами.
    Не могла остаться в стороне и Петербургская академия наук. Но именно это высшее научное учреждение России отнеслось к  Менделееву  поразительно несправедливо.
    Первой «научной ступенью» в академии была должность адъюнкта. 8 октября 1874 г. (все даты даются по старому стилю) академики Н.Н. Зинин, А.М. Бутлеров, А.Н. Савич и И.И. Сомов внесли в Физико-математическое отделение  академии «Предложение об избрании профессора  Менделеева  в адъюнкты  Академии  по химии». Подписавшие документ подчеркивали важность исследований ученого по расширению жидкостей при нагревании выше точки кипения и по изучению соединений спирта с водой; особо они упоминали цикл его статей, «положивших начала новой рациональной системе элементов», а также фундаментальный труд  Менделеева  «Основы химии» – «курс, подобного которому не отыщется и в заграничной химической литературе».
    Однако благим пожеланиям четырех академиков не суждено было сбыться. В академии в это время имелись два вакантных адъюнктских места, но они не были прикреплены к определенным кафедрам. Зинин и Бутлеров специально попросили академию передать одну из вакансий кафедре химии. Однако Отделение 23 октября большинством голосов постановило, что «оно не предоставляет для химии ни одного из двух имеющихся вакантных мест».
    Спустя два года (16 ноября 1876 г.) отделения Академии наук выдвинули кандидатов на вакантные места членов-корреспондентов. Среди претендентов-химиков фигурировал и  Менделеев ; его кандидатуру, в частности, поддерживали Бутлеров и Кокшаров. На сей раз специально отмечались заслуги  Менделеева  в уточнении атомных весов некоторых элементов и предсказании существования новых элементов (на основании периодической системы), что, в частности, нашло подтверждение в открытии галлия (1875) французским ученым П.Э. Лекоком де Буабодраном. Баллотирование происходило 30 ноября. Из 20 присутствовавших академиков 17 проголосовали «за».
    20 января 1877 г. непременный секретарь академии К.С. Веселовский уведомил ученого об избрании «по разряду физических наук» и препроводил ему диплом на латинском языке. В русском переводе текст диплома звучал так:
    «Императорская Санкт-Петербургская  Академия наук, согласно установленному порядку, избрала своим членом-корреспондентом по разряду физики славнейшего мужа Дмитрия Ивановича  Менделеева , ординарного профессора химии Императорского Санкт-Петербургского университета, за исключительные заслуги в развитии  наук  и публично утвердила избрание декабря 29 дня 1876 года».
    Остается, между прочим, неясным, почему  Менделеев  был избран «по разряду физики». Вероятно, академики посчитали, что достижения ученого в большей степени соответствуют физическим, а не химическим реалиям. Но, пожалуй, была в этом решении и определенная доля истины: ведь физическая «составляющая» научной деятельности  Менделеева  (особенно в последующие годы) оказалась достаточно весомой.
    22 января 1877 г.  Менделеев  послал в  академию  краткое благодарственное письмо, в котором говорил: «Академия оказала мне такую высокую честь, какая не соответствует моей скромной деятельности на поприще  наук . Спешу, однако, выразить высокому собранию русских ученых мою искреннюю признательность и заверить, что постараюсь и впредь приложить посильные труды к процветанию дела науки в России».
    Содержание письма было, разумеется, ритуальным для подобных случаев.  Менделеев  знал себе истинную цену, как и многие его отечественные и зарубежные коллеги. Ведь в составе Петербургской академии немало было в ту пору действительных членов, которые не оставили сколь-либо заметного следа в истории науки...
    Однако  Менделеев  так и не стал русским академиком. А с его баллотированием на академическое звание оказалась связанной история, которую иначе как прискорбной и не назовешь.
    Отечественная химия понесла огромную утрату: 6 февраля 1880 г. скончался Н.Н. Зинин. При физико-математическом отделении академии освободилась кафедра технологии и химии. В шестимесячный срок она должна была быть заполнена, но единого мнения о возможных кандидатах не сложилось. Тогда П.Л. Чебышев, Ф.В. Овсянников, Н.И. Кокшаров и А.М. Бутлеров подали представление об избрании в экстраординарные академики Д.И. Менделеева .
    В этом документе подробно перечислялись заслуги ученого и, пожалуй, впервые были представлены исчерпывающие сведения о его творческой деятельности. Большая часть текста была посвящена открытию периодического закона и предсказанию существования новых элементов (в 1879 г. был открыт еще и скандий). Подробно характеризовались работы  Менделеева  в области общей химии и физикохимии и отмечалось, что «его труды в области прикладной химии нашли себе достойную оценку в наших административных сферах», в частности труды в области химических производств. Впервые была дана оценка менделеевской идее о происхождении нефти неорганическим путем. Высоко были оценены и результаты сельскохозяйственных опытов  Менделеева , которые тот проводил в с. Боблове.
    Словом, подписанное четырьмя крупнейшими русскими учеными представление являло собой своеобразную энциклопедическую статью, посвященную деятельности  Менделеева . Она завершалась словами: «Профессор  Менделеев  первенствует в русской химии, и мы смеем думать, разделяя общее мнение русских химиков, что ему принадлежит по праву место в первенствующем ученом сословии Российской Империи. Присоединением профессора  Менделеева  к своей среде  Академия  почтит русскую  науку, а следовательно, и себя самое как ее верховную представительницу».
    Под текстом стояла дата: 28 октября 1880 г.
    Баллотирование состоялось 11 ноября того же года. На заседании присутствовали 18 человек. Нелишне привести их список: президент Ф.П. Литке (по уставу академии он имел два голоса), вице-президент В.Я. Буняковский, непременный секретарь К.С. Веселовский, академики Г.Н. Гельмерсен, П.Л. Чебышев, О.В. Струве, Ф.В. Овсянников, Л.И. Шренк, Н.И. Кокшаров, А.Н. Савич, Г.И. Вильд, К.И. Максимович, А.М. Бутлеров, А.А. Штраух, Ф.Б. Шмидт, А.В. Гадолин и адъюнкты А.С. Фаминцын, Н.Н. Алексеев. Химики составляли среди них меньшинство. Для избрания требовалось 2/3 голосов.
    Казалось, не могло быть сомнений в благоприятном исходе голосования. Увы! Академики не пожелали почтить ни «русскую науку», ни «себя самое».  Менделеев  получил всего девять «белых шаров» (что означало «за»).
    «Не признан избранным», – гласило заключение протокола. Потом стало известно, что за кандидатуру  Менделеева  проголосовали все химики, а также математики Чебышев и Буняковский, физиолог Овсянников и астроном Струве.
    Историки науки расходятся во мнениях, что стало причиной столь вопиющей несправедливости. Одни считают, что сыграло роль так называемое «немецкое засилье» в академии, поскольку довольно многочисленную группу в ней составляли ученые нерусского (главным образом немецкого) происхождения. Однако подобный аргумент может быть признан обоснованным лишь отчасти. Скорее всего дело состояло в другом. Руководящие круги академии отнюдь не были независимыми в принимаемых решениях, а вынуждены были учитывать мнение властей предержащих. Менделеев  же представлял собой личность самостоятельную. Он был тверд в своих мнениях и убеждениях и отстаивал их с присущей ему резкостью (иногда, быть может, излишней); это вызывало к нему недоброжелательность в кругах высшей правительственной бюрократии, которую не интересовали подлинные научные заслуги ученого. Прогрессивные идеи  Менделеева, касавшиеся промышленных и экономических проблем, нередко вызывали раздражение в правительственных инстанциях (хотя многие из этих идей впоследствии оказались плодотворными).
    Так или иначе, 11 ноября 1880 г. стало «черным днем» отечественной  науки  и вызвало, по выражению биографов  Менделеева  В.Е.Тищенко и М.Н. Младенцева, «мировой скандал».
    Реакция русской общественности на случившееся событие оказалась мгновенной и исключительно резкой. Многие научные общества и университеты один за другим незамедлительно избрали  Менделеева  своим почетным членом. Из разных уголков России на его имя поступали телеграммы с выражением глубокого уважения и сочувствия. Например, в газете «Голос» 23 ноября был опубликован протест, подписанный группой профессоров Петербургского, Московского, Киевского, Харьковского, Новороссийского, Варшавского и Казанского университетов, Медико-хирургической и Петровской сельскохозяйственной академий, Московского технического училища и ряда других учебных заведений. «Бесспорность заслуг кандидата, известность его за границей делают совершенно необъяснимым его забаллотирование» – таков был главный вывод их письма.
    По злой иронии судьбы в тот же день, 11 ноября 1880 г., адъюнктом по астрономии был избран О.Баклунд – швед, почти не говоривший по-русски. Академическая же вакансия так и осталась незаполненной.
    Как же сам Дмитрий Иванович отнесся к столь печальному событию в своей биографии?
    По словам Тищенко и Младенцева, это «забаллотирование было не только большой обидой, но лишало его в будущем обеспеченного существования и возможности всецело отдаться науке». В эту пору ученый был стеснен в средствах, поскольку ему предстояли большие перемены в личной жизни (в апреле 1882 г. он сочетался вторым браком с Анной Ивановной Поповой). Кроме того, перед ним стоял вопрос об уходе из университета по выслуге 25 лет. Естественно, он испытал большой удар и по самолюбию.
    Наиболее точно он описал свое состояние в письме к старому другу П.П. Алексееву, профессору Киевского университета (23 ноября 1880 г.): «Выбора в Академию я не желал, им остался бы недоволен, потому что там не надо, что я могу дать, а мне перестраивать себя уже не хочется. Ни важности заморской, ни солидной устойчивости в объекте знаний, ни напускного священнодействия в храме науки – ничего-то этого во мне быть не может, коли не было. И пришлось бы мне сглаживаться, а теперь противно мне это, пропала былая охота. Оттого и рад был... Тяжесть облегчается по добром размышлении, когда пришла верная догадка – ведь я лишь повод, подходящий случай, чтобы выразилась на мне охота ветхое заменить чем-то новеньким, да своим. Просветлело на душе, и я... готов хоть сам себе кадить, чтобы черта выкурить, иначе сказать, чтобы основы Академии преобразовать во что-нибудь новое, русское, свое, годное для всех вообще и в частности для научного движения в России».
    Мысли о совершенно необходимой реорганизации Академии наук уже давно овладели ученым. И  Менделеев  обобщил их в статье «Какая же  Академия  нужна в России?». История ее написания и публикации сама по себе представляет огромный интерес, но подробный рассказ об этом заслуживает, пожалуй, специального рассмотрения. Здесь мы ограничимся лишь краткой справкой.  Менделеев  продиктовал ее текст стенографистке 20–23 февраля 1882 г. Но стенограмма так и осталась в то время нерасшифрованной, т. к. ученый вскоре попросил вернуть ему тетради с записями, видимо, полагая, что публикация статьи по ряду причин не имеет смысла.
    Статья пролежала в личном архиве  Менделеева  в Санкт-Петербургском университете более 60 лет, прежде чем попала в руки известного литературоведа и филолога Б.С. Мейлаха. Расшифровка ее текста представляла исключительную трудность, поскольку он был записан по давно устаревшей забытой стенографической системе. Ключ к расшифровке нашла опытнейшая стенографистка Ц.М. Пошеманская. Когда же работа была закончена, то выяснилось, что это стенографическая запись неизвестной статьи Д.И. Менделеева  «Какая же  Академия  нужна в России?». Статья не была закончена, она обрывалась на полуслове (а, возможно, ее концовка была утеряна). Расшифрованный текст впервые был опубликован на страницах журнала «Новый мир» в 1966 г.
    Содержание статьи поражает новизной и оригинальностью идей и их поистине исключительной смелостью (ведь она была продиктована в начале 1880-х гг., в период жесткой реакции, наступившей после убийства Александра II).
    Исходная мысль  Менделеева  состояла в следующем: Академия наук в то время не имела того значения, какое она могла бы иметь не только для мировой науки, но и для насущных интересов самой России. Ученый считал, что академия к концу ХIХ в. «переродилась», потому что «принципы Императорской Академии взяли верх над началами русской Академии». Резкой критике подверг  Менделеев  и ее структуру, и ее отношения с верховной властью. Официальным лозунгом академии считался лозунг «чистой науки». Ученый же видел прогресс академии в теснейшей связи науки и жизни, в подчинении деятельности академии нуждам государства, в развитии производительных сил и разработке природных богатств страны, в популяризации знаний. Менделеев  подчеркивал необходимость поиска новых, коллективных форм научных исследований; считал необходимым значительное расширение состава  академии , поскольку к тому времени «движение  науки  усилиями единичных лиц заменилось таким, в котором общие усилия многих превосходят по результату усилия даже так называемых гениальных людей». Отсюда вытекала необходимость пересмотра системы выборов академиков и членов-корреспондентов.  Академия , как полагал  Менделеев , должна стать средоточием всех выдающихся ученых страны независимо от места проживания и характера постоянной службы.
    Такова в самых общих чертах суть статьи  Менделеева. Как здесь не вспомнить его слова из письма к Алексееву о том, чтобы «основы Академии преобразовать во что-нибудь... русское...». Провал ученого на выборах 11 ноября фактически и послужил ему поводом для постановки вопроса о положении в Академии наук и путях развития русской науки.
    Между тем попытки выдвинуть кандидатуру  Менделеева  в академики продолжались. Вакансия оставалась незаполненной. Бутлеров, со своей стороны, снова предложил  Менделеева , а также физикохимика Н.Н. Бекетова. Другие члены комиссии по выборам выдвинули химика-органика Ф.Ф. Бейльштейна, причем в качестве единственного кандидата. Выборы состоялись 12 января 1882 г., и 12 голосами против четырех (на собрании Физико-химического отделения) академиком был избран Бейльштейн. Однако при утверждении на Общем собрании академии он не получил необходимого числа голосов.
    После смерти Бутлерова (5 августа 1886 г.), наиболее активно поддерживавшего кандидатуру  Менделеева , в  академии  оказались вакантными уже две химические кафедры. Поскольку академиков-химиков в составе  академии  фактически не осталось, ботаник Фаминцын предпринял очередную попытку выдвинуть  Менделеева . Но и его старания не увенчались успехом. 21 октября 1886 г. академиками стали Бекетов и Бейльштейн.
    Вопрос об избрании Менделеева  вставал еще раз в декабре 1899 г. (К тому времени он состоял уже членом десяти  академий, почетным членом пяти университетов, нескольких десятков научных обществ разных стран и был управляющим Главной палаты мер и весов.) Это стало известно из письма президента академии Великого Князя Константина министру финансов С.Ю. Витте. Вот выдержки из этого письма (10 декабря 1899 г.):
    «Вопрос о привлечении Д.И. Менделеева  в среду  Академии наук  давно меня озабочивал. Еще в начале 90-х годов, вскоре по назначении меня президентом, когда было свежо впечатление забаллотирования знаменитого химика в академическом собрании, я прилагал усилия к исправлению этой ошибки. Но тогда же встретил непреодолимые мне затруднения... Если Д.И. Менделеев  еще не состоит академиком, то вина этого обстоятельства не падает на президента. Остается еще узнать, захотел ли бы Дмитрий Иванович подвергнуться выборам после того, как в 80-х годах он был забаллотирован. Что же касается моего личного мнения, то я был бы очень рад, если бы  Менделеев  принадлежал к составу Академии  и если бы существующие для этого препятствия могли быть преодолены...»
    Фактически Константин Романов ограничился лишь констатацией фактов и выражением сожалений, хотя он, безусловно, мог бы существенно повлиять на положительное решение сакраментального вопроса...
    Это письмо Витте передал  Менделееву , у которого содержание письма вызвало раздражение, и ученый в резкой форме раз и навсегда отказался от баллотирования в  академию».

    Литература:
    Тищенко В.Е., Младенцев М.Н. «Дмитрий Иванович  Менделеев. Его жизнь и деятельность. Университетский период. 1861–1890 гг.» (Сер. «Научное наследство».) М.: Наука, 1993, т. 21;
    Менделеев  Д.И. «Какая же  Академия  нужна в России?» «Новый мир», 1966, № 12.
    Фигуровский Н.А. «Дмитрий Иванович  Менделеев. 1834–1907». 2-е изд. (Сер. «Научно-биографическая литература».) М.: Наука, 1983.
    (Источник: «Химия» № 05/1999).  

Хранится в Третьяковской галерее
    К сожалению, Д.И. Менделеев мантии российского академика так и не дождался.

    Мария Кюри и «Бессмертные»

    «Открытие радия, за которое Марию и Пьера Кюри в 1903 году наградили Нобелевской премией (вместе с Анри Беккерелем), стало самым заметным событием во французской науке того времени. 



    Мария Кюри, в девичестве Мария Склодовская, родилась в 1867 году в Польше, и потому ксенофобская правая пресса не упускала случая раздуть скандал вокруг ее имени... 

Мария Склодовская-Кюри
    Жажда признания в неродной стране побудила Марию Кюри баллотироваться во Французскую академию наук. В этом ее поддерживали главные светила французской науки, включая величайшего из них - Анри Пуанкаре. Однако в те времена Академия состояла исключительно из мужчин и упорно отвергала всех претендентов-женщин.
    Будучи одной из пяти академий, созданных еще в XVII веке при короле Людовике XIV, Академия наук погрязла в традициях и ритуалах.
    В 1911 году в ней состояли 68 человек, и со смертью одного из них образовалось вакантное место. Трижды в год пять академий собирались вместе на пленарное заседание, и по совпадению одно из таких заседаний последовало сразу же за выдвижением кандидатуры мадам Кюри. Возобновление вопроса о женском членстве вызвало оживление в прессе и в высшем обществе, поэтому на собрание явились сразу 163 академика - вдвое больше, чем обычно. Заседание началось с выступлений защитников мадам Кюри, потом сказали свое слово и ее противники. Президент Академии моральных и политических наук, заверив присутствовавших в том, что отцы-основатели Академии и не мыслили увидеть в своих рядах дам, предостерег коллег от страшной ошибки — «пробить брешь в единстве этого элитарного органа, Института Франции». Речь его встретили бурными аплодисментами. 
    Пуанкаре возразил, что автономия отдельных академий - нерушимая традиция и что члены других академий не вправе вмешиваться в решения Академии наук. На это ответил некий юрист из Академии моральных и политических наук, заметивший, что избрание женщины в Институт Франции (в состав которого входят все пять академий) касается всех сразу. Последствия могут быть пугающими, ибо если институт начнет опрометчиво принимать в академики женщин, то почему бы одной из них когда-нибудь не стать его президентом?
    После нескольких таких перепалок в аудитории стало шумно, все жаждали высказаться по столь животрепещущему вопросу. Тогда председатель попытался призвать публику к порядку и, чтобы удержать ситуацию под контролем, даже встал на президентский трон. В итоге члены Академии наук проголосовали за «сохранение незыблемых традиций Института» 85 голосами против 60. Мнения в прессе, разумеется, разделились.
    И это было только начало: спустя несколько дней комитет Академии наук собрался рассмотреть кандидатуру Марии Кюри за закрытыми дверями. Невзирая на уже проведенное голосование, ее включили в список рекомендованных первой, а за ней следовали еще шестеро запасных (но определенно достойных) кандидатов. Голосование членов Академии наук, предваряемое жестокими спорами, состоялось неделей позже. Был озвучен, и не впервые, закулисный аргумент, что все выдающиеся работы Марии Кюри были выполнены совместно с мужем, которому, вероятно, она только помогала, а после его смерти - с другими ассистентами-мужчинами, которые, вероятно, тоже были достойными учеными. Кроме того, разве мало ей было оказано почестей? И не пришла ли теперь очередь новых имен? Возникло целое движение за то, чтобы избрать кандидата из «запасных», а именно инженера-электрика Эдуарда Бранли, за которым числился важный вклад в создание беспроволочного телеграфа. Крайне правая газета «L’Action   Francaise»,  славившаяся шовинизмом и ксенофобией, представила мадам Кюри как выдвиженку дрейфусаров-леворадикалов, стремящихся не допустить избрания в академики католика и чистокровного француза Бранли. Какие бы резоны ни двигали блистательными академиками, именно Бранли и стал в итоге их  «законно  избранным» коллегой». (25 октября 2012). 


    «В конце 1910 г. по настоянию многих ученых кандидатура Марии Кюри была выдвинута на выборах в одно из наиболее престижных научных обществ – Французскую академию наук. Пьер Кюри был избран в нее лишь за год до своей смерти. За всю историю Французской академии наук ни одна женщина не была ее членом, поэтому выдвижение кандидатуры Кюри привело к жестокой схватке между сторонниками и противниками этого шага. После нескольких месяцев оскорбительной полемики в январе 1911 г. кандидатура Марии Кюри была отвергнута на выборах большинством в один голос.
    Через несколько месяцев Шведская королевская академия наук присудила Кюри Нобелевскую премию по химии «за выдающиеся заслуги в развитии химии: открытие элементов радия и полония, выделение радия и изучение природы и соединений этого замечательного элемента». Кюри стала первым дважды лауреатом Нобелевской премии». (Склодовская-Кюри (Sklodowska-Curie), Мария7 ноября 1867 г. – 4 июля 1934 года. Нобелевская премия по химии, 1911 года, Нобелевская премия по физике, 1903 года). (ИсточникЛауреаты Нобелевской премии: Энциклопедия. Пер. с англ.– М.: Прогресс, 1992).

    Сколько стоит стать академиком?

    «Чжан Шугуан, «отец» скоростных железных дорог КНР, обвиняемый в коррупции, рассказал, что потратил деньги на подкуп учёных в Китайской академии наук. 
    Китайская газета «Century Weekly»  пишет о неожиданном  «академическом аспекте» недавнего коррупционного скандала в китайском железнодорожном руководстве.  Чжан Шугуан, идеолог и «отец» китайской системы высокоскоростных железных дорог, не только признался   в незаконном получении 23 миллионов юаней (около 3,8 млн долларов), но и объяснил, зачем ему понадобились эти деньги. Как выяснилось, средства были потрачены на две попытки стать членом Китайской академии наук.  Впрочем, удачными эти инвестиции не назовёшь: оба раза Чжана забаллотировали – в 2007 и 2009 году. 
    Статус академика китайской академии наук – один из почётнейших в стране и связан с исключительными привилегиями. В частности, на академиков не распространяется принудительный выход на пенсию в определённом возрасте, обязательный для всех государственных управленцев, начиная с председателя. Китайские академики влияют на  государственную политику и часто контролируют крупные средства, выделяемые на исследования. 
    По информации «Century Weekly», будучи министром железных дорог, Лю Чжицзюнь (недавно приговорён к смертной казни за коррупцию) решил, что его министерству нужен собственный академик, и выбрал на эту роль заместителя главного инженера Чжана. В погоне за госконтрактами и узнав о  поставленной перед Чжаном задаче, предприниматели предложили свою помощь. Вскладчину они создали фонд, на средства которого 30 экспертов, в основном из университетов, аффилированных с министерством, были безвыездно  заселены в отель  и там за два месяца в качестве «научных негров» написали три монографии о высокоскоростных железнодорожных технологиях.  Книги были затем изданы под именем Чжана, но столь внезапная плодовитость соискателя не спасла: Чжана прокатили семью голосами.
    Два года спустя Чжан ещё сильнее потратился на погоню за желанным титулом.  По его признанию, сделанному  в суде, он не только нанял «негров» для создания новых сочинений под своим именем, но и развлекал академиков с правом избирательного голоса железнодорожными путешествиями,  оплачивая все расходы и осыпая гостей дорогими подарками.  На этот раз, отмечает «Century Weekly», он был очень близок к успеху, проиграв выборы всего одним голосом против. По данным неназываемого источника, на которые ссылается  «ScienceInsider» (приложение к журналу «Science»), решающим на чаше весов  стало эмоциональное выступление одного из уважаемых китайских академиков перед последним раундом голосования.


    Признания Чжана в суде вызвали  бурю в китайском академическом сообществе. Агентство Синьхуа потребовало предать огласке фамилии тех, кто получал от него деньги и подарки. В Китайской академии наук утверждают, что не располагают никакой информацией на эту тему и не представляют, о чём идёт речь. Очевидно, резюмирует ScienceInsider, что приближающиеся ноябрьские выборы – важный шанс Китайской академии наук спасти свою репутацию, обеспечив их стерильную чистоту и неукоснительную корректность». (Сайт журнала «Наука и жизнь», 26 сентября 2013).  

    «Бессмертные» саботажники

    Чтобы «каленой метлой» вымести из управления мировой наукой нерадивых руководителей, потребуется неистовость Брэнча Рики в исполнении Харрисона Форда. Причем в ходе этой битвы придется не только «биться» с чиновниками, управляющими наукой, но и уговаривать независимых исследователей, сохранивших «стержень» честности и добра, занять их место.
    Не желая покидать насиженные кресла, уходящие научные «лже-светила» будут клясться в том, что они хотели «как лучше», а фальсифицировали факты и воровали потому, что «так делают все». Что же, тем хуже для тех, кто это делал. Значит, придется искать замену циникам и саботажникам в академических шапочках и университетских мантиях. Освободится много вакантных мест директоров исследовательских центров и лабораторий, руководителей научных институтов и университетов. Уволенные же будут очень заняты – они будут давать показания следственным органам.
    Каким образом, спросят следователи у нынешних научных «бонз», ими недооценивалась опасность ослабления магнитного поля Земли в последние десятилетия? И почему в сообщениях NASA для СМИ «замыливался» тот факт, что в течение последних лет наблюдений космических аппаратов «Вояджер» граница гелиосферы стала размываться и в конце концов гелиопауза странным образом «растворилась». Естественно, с аномальным спадом активности Солнца в нынешнем 11-летнем цикле «горе-исследователи» это никак не связали. А надо бы.
   В итоге сочетанию этих двух процессов «не достает» только третьего, самого рокового – вспышки жесткого излучения из глубин Галактики. 
«Количества тяжелых ионов ядра железа, зафиксированные бортовой аппаратурой зонда ACE, показывают, что интенсивность космических лучей уже превысила 50-летний максимум и продолжает расти». («Космический шторм: Пик и выше»)
«Energetic iron nuclei counted by the Cosmic Ray Isotope Spectrometer on NASA's ACE spacecraft reveal that cosmic ray levels have jumped 19% above the previous Space Age high». [larger image] («Cosmic RaysHit Space Age High»)
    Предупреждаю, что в этом случае комплект для апокалипсиса, угрожающего всему живому на Земле, будет сформирован.
    Не сомневаюсь, что в ходе предстоящего следствия нынешние «рулевые» науки будут предъявлять свои сегодняшние «секретные» доклады, на успокаивающих выводах которых стоят одобрительные резолюции высокопоставленных лиц из правительства. Но следователи хладнокровно возразят «ученым мужам», что правительственные чиновники ничего в физике не смыслят, и, принимая решения, целиком полагались на мнение экспертов из системы официальной науки.
    Что же писали будущие подследственные в своих усыпляющих бдительность релизах, многие из которых тиражировались СМИ? На первый взгляд, правильные вещи. Научные чины успокаивали, что периоды ослабления солнечного ветра и усиления интенсивности космических лучей происходили в истории Земли неоднократно, и жизнь на нашей планете, тем не менее, не погибла. То же можно сказать и о переполюсовке (инверсии) магнитного поля Земли, также происходившей в прошлом неоднократно. Естественно, обыватели, по привычке восхищаясь официальной наукой, внимали этим писаниям с полным доверием. К сожалению, правительственные чиновники – тоже.   
    А теперь о том, чего не было в этих релизах. Мировое сообщество не было предупреждено том, что сейчас эти процессы могут проходить ОДНОВРЕМЕННО. А вот было ли такое совпадение в прошлом? Возможно, в истории человечество такое произойдет впервые. Любому, кроме увенчанных регалиями (и пригревшихся в насиженных руководящих креслах) управленцев научных учреждений, понятно, что последствия могут быть фатальными. 
    Так вот, если такое произойдет, поздно будет что-либо предпринимать. Конечно, «власть имущие» спасутся в глубоких подземных убежищах. А вот нынешние руководители науки зря надеются, что их туда возьмут. Когда обманутые люди поймут, что во всем виноваты профессиональные исследователи, начнется травля. Я вспоминаю злобные физиономии расистов из фильма «Сорок второй» - так вот, такие отморозки заживо растерзают «горе-ученых», вне зависимости от цвета кожи. И напрасно те будут молить о трибунале. 
    Конечно, до такого доводить не следует, и процедура суда над преступниками должна быть цивилизованной. Но для начала их просто надо уволить и под этот суд отдать. А когда народы и правительства бросят клич, кто сможет быть на их месте, независимым исследователям надо быть наготове. 
    К счастью, прецедент суда над недобросовестными учеными уже был. Во время землетрясения в итальянском Аквиле 6 апреля 2009 года погибло 309 человек, в том числе ученики обрушившейся школы-интерната.
    Интересно, что сразу под суд были отданы ученые-сейсмологи, проводившие экспертизу за неделю до землетрясения, магнитуда которого составила 6,7 баллов. В этой экспертизе они авторитетно заверяли, что городу ничего не угрожает. 
    Итальянских сейсмологов приговорили к длительным срокам тюремного заключения… 

    «Этические вопросы всегда непросты в медицине и в фармакологии, где главный принцип: не навреди. В начале августа 2014 года газета «Independent» цитировала британского профессора Джона Эштона, который обвинял фармкомпании в том, что они не разрабатывают вакцину против лихорадки Эбола, потому что она затронула только африканцев, и призывал: «Мы должны ответить на это чрезвычайное положение так, будто оно в Кенсингтоне, Челси или  Вестминстере». 

http://www.dni.ru/incidents/2014/8/28/279274.html
    Он же обвинил фарму в том, что она не работает над исследованием вакцин и методов лечения Эбола, потому что цифры по их масштабам маленькие и не оправдают вложений в исследования и испытания. Профессор заклеймил: «Это моральное банкротство капитализма, действующего в отсутствие моральных и социальных рамок». [Ф.Д.: вернее, моральное банкротство руководства науки – как при капитализме (Мария Склодовская-Кюри), так и при социализме (Чжан Шугуан) и даже при царизме (Дмитрий Иванович Менделеев).]
    Но любая фармкомпания - это коммерческая организация, и, вкладывая деньги в разработки инновационных препаратов, которые сегодня могут стоить миллиард и больше долларов, компания должна понимать, что это ее не разорит.
    Исследования по препаратам для небольших групп пациентов, например, для орфанных (редких) заболеваний, должны поддерживаться правительствами или международными организациями.
    Понятно, что правительства африканских стран не могут выделить средства, достаточные для разработки препаратов». («Новая газета» № 90 от 15 августа 2014). 

    Причем я привел только самое начало списка преступлений руководства современной науки. Когда процесс замены руководства мировой науки будет иницирован, я смогу привести и другие пункты обвинения. И образ Брэнча Рики, сыгранный Харрисоном Фордом в фильме «Сорок второй», вдохновит меня в этой битве. 


Я не предлагаю, как это делают некоторые, реформировать управление наукой. Мой призыв – «каленой метлой» вымести всё ее руководство целиком, до последнего человека. 


    Национальные Академии если и останутся, то лишь в качестве клубов по интересам, но обязанности по руководству наукой с них должны быть сняты.  А уже после этого, исключив злонамеренные фальсификации, воровство выделенных средств и прямой обман человечества, можно будет заняться настоящей, а не показной научной деятельностью. 
    Кстати, «победитель дракона» не должен «стать драконом». Обновленная научная верхушка уже не будет «священной коровой». Руководители науки любого ранга должны будут находиться «под микроскопом», чтобы в любое время дать обстоятельное объяснение своим решениям, и не только правительству, но и независимым комиссиям. Одними из главных приоритетов станут максимальная гласность и отсутствие кулуарности в управлении наукой. 
    Казалось бы, что за срочность в постановке вопроса о смене управления наукой? Но дело в том, что стремительно приближается «Время Ч», когда только наука сможет спасти человечество. И фатальным окажется момент прозрения, что нынешнее ее руководство, состоящее из циников и саботажников, организовать спасение будет не в состоянии. В тот момент менять прогнившее руководство наукой будет уже бесполезно.  
    Надо делать это прямо сейчас.


    Файл 5-Б«Аквила-2009: сейсмологи под судом Истории». http://artefact-2007.blogspot.ru/2014/11/1-5-2009.html
    [Книга в работе...]

    Материал для размышлений:
    «Умные, что ли?» (15 октября 2014 года).

6 комментариев:

  1. Mercedes класса люкс для академиков.
    Проблемы с бюджетом не мешают красноярским ученым обновлять автопарк за счет налогоплательщиков

    "В Красноярске под прицел общественности вновь попали закупки бюджетными учреждениями дорогих автомобилей. Активисты проекта «За честные закупки» регионального отделения Общероссийского народного фронта обнаружили тендер на поставку для Красноярского научного центра (КНЦ) сибирского отделения Российской Академии наук автомобиля ценой 3 млн руб. Местным ученым потребовался «Mercedes-Benz E400 4MATIC» особой серии.

    В комплектацию этого люксового автомобиля входит декоративная отделка «черный ясень» с кожаным салоном, светодиодной оптикой, видеокамерой с обзором на 360 градусов, многофункциональным рулем с подогревом. «Мы направили запрос руководству КНЦ с просьбой дать разъяснение, для кого из сотрудников и зачем приобретается данный автомобиль. Надеюсь, что эти товарищи поймут, что такие покупки в нынешней сложной экономической ситуации выглядят по меньшей мере неуместно, – сказал «НГ» руководитель рабочей группы «За честные закупки» Вячеслав Александров". (Александр Чернявский. Собственный корреспондент "Независимой газеты" в Красноярском крае. 07.10.2014, 00:01:00). http://www.ng.ru/regions/2014-10-07/5_mercedes.html

    ОтветитьУдалить
  2. Правила научного аудита в Великобритании

    "Основным методом оценки является экспертиза привлекаемыми специалистами. Библиометрические данные разрешается использовать (и то лишь в качестве вспомогательного средства) только в 11 дисциплинах (науки о земле, физика, химия, биология, медицина, экономика и ряд других) и запрещается использовать в 25 дисциплинах (математика, механика, инженерные науки и все гуманитарные науки). Там, где использование таких данных разрешено, они не могут служить основным показателем для определения научной значимости работы. Для всех дисциплин запрещено использовать какие-либо рейтинги журналов, где опубликованы работы, и прежде всего импакт-фактор журнала.

    Последнее правило введено Научным Cоветом (Higher Education Funding Council of England), осуществляющим всю процедуру оценки, по требованию Комитета по науке и технологиям Палаты Общин британского парламента, сделанному в июле 2004 г."

    Источник: "9 Integrity of the publishing process". (Prepared 20 July 2004). http://www.publications.parliament.uk/pa/cm200304/cmselect/cmsctech/399/39912.htm

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Новый законопроект радикально меняет финансирование науки в Великобритании

      "Ведущие ученые Великобритании устроили дискуссию по поводу законопроекта о реформе финансирования науки, который предполагает слить несколько действующих научных фондов, в том числе семь научных советов, в один фонд — Исследования и инновации Великобритании (UK Research and Innovation, или UKRI). Дискуссия состоялась во время пресс-брифинга в Научном медиацентре в Лондоне 13 октября, пишет Nature.

      «Это неоднозначное и ненужное, и вероятно, в будущем, разрушительное изменение. Реформа в виде UKRI принесет больше вреда, чем пользы», — цитирует издание Мартина Риза (Martin Rees), астронома из Кембриджа и бывшего главы Королевского общества в Лондоне.

      Генетик Пол Нерс (Paul Nurs) делал обзор существующей системы финансирования, которая и стала базисом для предложений правительства, внесенных в парламент 19 мая в виде законопроекта о высшем образовании и исследованиях (Higher Education and Research Bill). Нерс полагает, что закон сможет усилить голос науки в правительстве, потому что он обозначает проблему жалкого уровня финансирования науки в стране, по сравнению с уровнем других развитых стран. «Нынешняя система не достаточно сильна во взаимодействии с правительством. Если UKRI сделать правильно, он решит эту проблему», — сказал Нерс.

      Риз согласен, что науке нужно более сильное представительство, но с новым правительством и проблемами, которые вызваны итогом референдума о выходе из ЕС, «капитальная перестройка — последнее, что сейчас нужно». (Подробнее о референдуме см. нашу статью «Британская наука в контексте BREXIT»).

      Но главная линия дискуссии была связана с опасениями, связанными с усилением влияния государства на финансирование науки и высшей школы.

      Законопроект уберет некоторые законные инструменты, которые сейчас дают научным советам формальную автономию от тех, кто их финансируют, и дают министрам право создавать и убирать области исследования. Это перестроит управление университетами, создав новый государственный аппарат для управления университетами, и позволит чиновникам предлагать курсы для преподавания в университетах.

      Опасение потерять автономию Нерс считает необоснованным, а колонку редакции Nature от 4 октября, где об этом говорится, он назвал алармисткой и недалекой.

      Еще один известный ученый Джон Кребс (John Krebs), зоолог из Оксфорда и президент Британской ассоциации наук, предупредил против закона в статье, опубликованной Research Fortnight. «Совершено не очевидно, что это улучшит и без того прекрасную систему университетов и научных исследований. Но может нанести вред», — написал он.

      Стефен Карри (Stephen Curry), структурный биолог в Колледж Империал, заявил журналистам, что закон плохой и его нужно исправить. Он полагает, что изменения в автономии университетов приведут к национализации университетской системы.

      Между тем ученые ожидают быстрого прохождения закона в Палате общин (нижней палате британского парламента). Но многие надеются, что законопроект тщательно изучат и внесут правки в него в верхней палате — Палате лордов.

      Ботаник Оттолин Лейзер (Ottoline Leyser), руководитель лаборатории Сейнсберри в Кембридже, сказала, что в научной среде широко распространено мнение, что этот законопроект содержит как хорошие, так и плохие положения, но что хорошие — имеет смысл сохранить.

      Кстати, месяц назад в Лондоне открыли новое здание Института биомедицинских исследований Френсиса Крика. Правительство инвестировало в проект 700 млн фунтов стерлингов. Директором института стал Пол Нерс". (17 Октября 2016). http://www.chemrar.ru/i-news/index.php?ELEMENT_ID=21583

      Удалить
  3. "...Исследование, освоение космоса – это процесс защиты и обеспечения целого комплекса государственных интересов в области национальной безопасности, политики, экономики. И это куда более глобальная и обширная задача, чем поиск ответов на вопрос из чего сделала Луна, есть ли жизнь на Марсе, и какой там радиационный фон на Европе – спутнике Юпитера. Столь важный вопрос отдавать на откуп только учёным нельзя. Куда и когда лететь, должны принимать решение политики, исходя из государственных, национальных, оборонных, экономических, научно-технических интересов страны, а не некоторых отдельных представителей её академического сообщества..." (Юрий Караш "Нам не нужна Луна". 24 октября 2014). http://actualcomments.ru/daycomment/1578/

    ОтветитьУдалить
  4. СКЛОДОВСКАЯ-КЮРИ (Sklodowska-Curie), Мария. (7 ноября 1867 - 4 июля 1934)

    "...В октябре 1904 г. Пьер был назначен профессором физики в Сорбонне, а месяц спустя Мария стала официально именоваться заведующей его лабораторией. В декабре у них родилась вторая дочь, Ева, которая впоследствии стала концертирующей пианисткой и биографом своей матери.

    Мари черпала силы в признании ее научных достижений, любимой работе, любви и поддержке Пьера. Как она сама признавалась: «Я обрела в браке все, о чем могла мечтать в момент заключения нашего союза, и даже больше того». Но в апреле 1906 г. Пьер погиб в уличной катастрофе. Лишившись ближайшего друга и товарища по работе, Мари ушла в себя. Однако она нашла в себе силы продолжать работу. В мае, после того как Мари отказалась от пенсии, назначенной министерством общественного образования, факультетский совет Сорбонны назначил ее на кафедру физики, которую прежде возглавлял ее муж. Когда через шесть месяцев Кюри прочитала свою первую лекцию, она стала первой женщиной – преподавателем Сорбонны...

    В конце 1910 г. по настоянию многих ученых кандидатура Кюри была выдвинута на выборах в одно из наиболее престижных научных обществ – Французскую академию наук. Пьер Кюри был избран в нее лишь за год до своей смерти. За всю историю Французской академии наук ни одна женщина не была ее членом, поэтому выдвижение кандидатуры Кюри привело к жестокой схватке между сторонниками и противниками этого шага. После нескольких месяцев оскорбительной полемики в январе 1911 г. кандидатура Кюри была отвергнута на выборах большинством в один голос.

    Через несколько месяцев Шведская королевская академия наук присудила Кюри Нобелевскую премию по химии «за выдающиеся заслуги в развитии химии: открытие элементов радия и полония, выделение радия и изучение природы и соединений этого замечательного элемента». Кюри стала первым дважды лауреатом Нобелевской премии. Представляя нового лауреата, Э. В. Дальгрен отметил, что «исследование радия привело в последние годы к рождению новой области науки – радиологии, уже завладевшей собственными институтами и журналами».
    Незадолго до начала первой мировой войны Парижский университет и Пастеровский институт учредили Радиевый институт для исследований радиоактивности. Кюри была назначена директором отделения фундаментальных исследований и медицинского применения радиоактивности...

    Величайшим достоинством Кюри как ученого было ее несгибаемое упорство в преодолении трудностей: поставив перед собой проблему, она не успокаивалась до тех пор, пока ей не удавалось найти решение. Тихая, скромная женщина, которой досаждала ее слава, Кюри сохраняла непоколебимую верность идеалам, в которые она верила, и людям, о которых она заботилась. После смерти мужа она оставалась нежной и преданной матерью для двух своих дочерей.

    Помимо двух Нобелевских премий, Кюри была удостоена медали Бертло Французской академии наук (1902), медали Дэви Лондонского королевского общества (1903) и медали Эллиота Крессона Франклиновского института (1909). Она была членом 85 научных обществ всего мира, в том числе Французской медицинской академии, получила 20 почетных степеней. С 1911 г. и до смерти Кюри принимала участие в престижных Сольвеевских конгрессах по физике, в течение 12 лет была сотрудником Международной комиссии по интеллектуальному сотрудничеству Лиги Наций". (6 ноября 2014, 20:07). http://maxpark.com/community/4057/content/3085687

    Видео: "Великие деятели. Передача 7. Пьер и Мария Кюри. Часть 1. Двое за стеклянной стеной". (20 сент. 2014). http://www.youtube.com/watch?v=w4wD6ewM4Es

    ОтветитьУдалить
  5. "Круги по воде" в Интернете

    Перепост: http://news-said-joker-peskin.blogspot.ru/2016/12/121-1-24-12-2016.html (28 декабря 2016 года).

    ОтветитьУдалить